Соционика. Искусство типирования. Центр современной соционики. Консультации, обучение, тренинги, исследования.
  Материалы  

16.11.2012

О социальной мобильности и адаптивности соционических типов  

 О социальной мобильности и адаптивности соционических типов
Вы хотите сменить обстановку. Новая работа, новые отношения, новое место жительства, новый образ жизни... Чем дальше, чем быстрее и напряженнее жизнь — тем чаще людям приходится это делать. И здесь способности соционических типов неодинаковы. Одни преодолевают социальные барьеры легко, других они приводят в замешательство и редко побуждают к переменам.

Самые брезгливые


О предвзятости ИЭЭ ходят легенды. Как представитель этого типа, охотно соглашусь: почва есть. Я долго воспринимал ее как должное. Знал соционику, но годами не мог понять, в чем дело. По ходу практики я часто сталкивался с похожими историями, как Гексли ищет работу, а она не находится. Потом находится, но ненадолго, и все по новой. Иногда слышал это на консультациях, иногда типировал по тексту авторов подобных историй. То же и в личной жизни. Не раз бывал в ситуациях, когда, казалось, бери и иди. А ты не хочешь. Для Гексли ситуации, когда все сходится, крайне редки — и тогда уже не остановить, будем цепляться всеми силами, всему назло. Или, как вариант, проще втянуться в свой рискованный проект, хоть знаешь, что вокруг люди на зарплате, которым платят больше, да и по защищенности не сравнишь.

Самые смелые


Есть тип, который подходит к проблеме с точностью до наоборот. Историй про то, как Джеки легко находят-меняют работу, да и человеческое окружение, написано и снято немало. От Айн Рэнд, герои которой могут работать кем попало и параллельно вершить великие дела, до образов Джулии Робертс в «Красотке» и «Сбежавшей невесте». Для полноты картины, Ричард Гир — тоже Джек, и его роль в «Американском жиголо» вполне по теме.
Хотите узнать больше? Оставьте Email и получите PDF «Соционика 2.0. Вы и ваш тип»!
Имя:   Email:  
Люди этого типа — мои самые частые клиенты, и это тоже следствие типных особенностей, о которых и поговорим. В социальной сверхадаптивности Джеков я сам много раз убеждался из первых рук. В качестве образцового примера — один из клиентов, молодой студент, устроился на неделю-другую работать официантом, чтобы попасть на консультацию по Скайпу.

Подобно своей типной сверхразборчивости, сверхмобильность Джеков я долго воспринимал как данность. Просто завидовал их небрезгливости, уважал, где-то стремился быть таким же, но ничего с собой поделать не мог. И не понимал: вроде типы во многом похожие: экстраверты, интуиты, объективисты, результатеры… Пока не перебрал в уме соционические признаки, которые особенно важны в поиске новой работы, да и нового партнера или окружения в нашем реальном мире. И убедился: что для Джека обычное дело, для Гексли — тяжелый барьер.

Соционический базис ситуации смены обстановки


Для адаптации в современном мире важны:

1. Решительность. Решительные легче на подъем. Пока рассудительные пьют кофе и собирают себя по косточкам, решительные уже по горло в делах. Их меньше смущают ранние подъемы, полное метро и пробки. А у рассудительных — то тяжкая необходимость мобилизации, то потребность в расслаблении.

2. Логика. На работу берут не за красивые глаза. А за то, насколько сотрудник убедительно решает проблемы работодателя. Убедить его в своей полезности логику легче. Об этом тоже запомнилась рассказанная на вебинаре история ЛИЭ — тренера по духовным практикам. В прошлом она годами работала в банке и поднималась по карьерным ступеням, убеждая начальство в том, что стоит больше, потому что лучше других решает рабочие проблемы, вплоть до сложных. У этика решение рабочего вопроса может быть, но ему сложнее донести его до руководства так, чтобы поняли-приняли. Слишком энергозатратно, да и сказано будет не так понятно.

3. Уступчивость. Смысл признака — склонность оценивать ресурсы по своему разумению, без сдерживающих норм. А вот у упрямых эти нормы давят во всю мощь. Упрямый в гипермаркете — лучшая иллюстрация: каждая покупка — барьер, если денег наперечет. Нет работы — лучше рискнуть и сберечь статус, чем шагнуть уровнем ниже. Конфликты интересов у упрямых — дело обычное. Идти или не идти на работу в другом конце Москвы с рабочим днем с 9 утра? От одного этого — ступор в голове. Не факт, что любого упрямого тут можно убедить деньгами. ИЭЭ наверняка будет последним.

4. Демократизм. Демократу не так важно, в какую социальную прослойку он угодил на новом месте. Важно, что на новом месте его ждет, сколько он может на нем заработать. Статус начальника для демократа — понятие относительное. Такие же люди со своими проблемами. Нечего их боятся, особенно, когда можно взять и помочь им эти проблемы разрулить.

Немного об аристократизме и демократизме


Этот признак — непростая тема для изучения. В современном мире, в котором все быстро меняется, и всех уравнивает Интернет, он сильно деформирован в сторону демократизма — по тем же причинам, что и логика / этика в сторону логики. В одной учебной группе я задавал на этот признак традиционные вопросы (например, «кто такой творческий человек») — отличия в ответах аристократов и демократов оказались минимальными.

Этой осенью на недавнем тренинге «Соционика 2.0» я попробовал другую тему. Меня давно интересовало: а что, если отделить признак от людей помимо его носителя. Участникам тренинга (сплошь демократам) и приглашенной наблюдательнице — Гамлету (отмечу: решительному экстраверту) было предложено представить себя на необитаемом острове. Результат поразил: демократы, все как один, немедленно принялись за освоение территории и обустройство быта, в то время, как Гамлета ситуация ввела в замешательство. В ответе прозвучало стремление подобрать для ситуации подходящую полочку: «Смотря что это за остров? Как я туда попала?». Из этой же серии ответ ЛСЭ: «А сколько времени я там пробуду?».

Если гипотеза верна, к любой новой ситуации аристократ подходит именно таким образом: стремится соотнести ее со своей шкалой ценностей: хорошее место или плохое? Правильный человек или нет? Достойное «место в строю» или явное понижение?

На идею про необитаемый остров натолкнула малая группа No6: аристократизм / демократизм, экстраверсия / интроверсия, позитивизм / негативизм. У аристократов экстраверты — негативисты, интроверты — позитивисты. У демократов — наоборот. Это подразумевает повышенную предвзятость у аристократов: стремление простраивать картину до идеальной с опорой на внутренние ценности. У демократов предвзятости меньше; внешняя обстановка воспринимается в целом как есть. Это подразумевает меньшие требования, готовность демократов к смене обстановки без лишних вопросов («А что, если я вместо журналиста поработаю программистом?», «Перееду в Москву, для начала устроюсь официантом, заработаю стартовый капитал и открою дело»). Конечно, идея наполнения аристократизма и демократизма нуждается в разработке с возможными коррективами, но прежние критерии признака (повышенное внимание аристократов к социальным прослойкам людей и месту в иерархии) кажутся вторичными и неполными по простой причине: они не работают без темы «человек среди людей». А любой признак — индивидуальная установка психики.

Резкие карьерные скачки. Истории успеха ИЭЭ.


Для быстрой социальной адаптации в современном мире наиболее удобны признаки: решительность, демократизм, логика, уступчивость. Наименее удобны: рассудительность, аристократизм, этика, упрямость.

У Джека — сочетание решительности, демократизма, логики и уступчивости. У Гексли все наоборот: рассудительность, аристократизм, этика, упрямость.

В вопросе смены обстановки адаптивнее, чем Джек и ригиднее, чем Гексли, некуда. Для Гексли любая работа может показаться удачным исключением из правила. Велика вероятность, что он будет за нее цепляться. При этом его способности могут быть на два порядка выше. Но объяснить это людям, от которых зависит принятие решения, этику-иррационалу трудно — нужны формальные критерии.

Часто бывает, что Гексли, если повезет где-то в тени, а потом резко вырывается на топ-уровень. Заметили, наконец. Вот типичные тому примеры.

Американский бас-гитарист Билли Шиэн лет до 32 был всего лишь местным культовым музыкантом в Баффало. А после 1985 года — место в топ-группах и статус звезды. К тому времени Шиэн создал уникальный стиль игры на басу, довел до совершенства технику игры тремя пальцами (до этого играли либо медиатором, либо двумя). И придумал бас простой, но редкой конструкции с характерным звуком (поначалу самопальный). Шли годы, люди не замечали — а потом резкий прорыв и всеобщее признание.

Еще пример — футболист Андрей Тихонов. Что нечасто бывает в отечественном большом спорте, отслужил от звонка до звонка во внутренних войсках. В 90-е годы далеко не сразу — в 24 года — пробился в основной состав «Спартака», а через два года был уже лидером команды и легендой.

Наконец, уникальная для ИЭЭ история успеха — Стив Джобс. На пути к успеху — жизнь в нечеловеческих условиях. Потом, когда успех наступил — ссора с правлением собственной компании Apple, возвращение, чтобы поднять ее из руин. И еще не один год напряженной работы до нынешних показателей популярности. Характерный типный штрих: сверхжесткие требования к пользовательским интерфейсам, не в пример аморфным дизайнам Microsoft во главе с Биллом Гейтсом (ЛИЭ). (подробнее о них обоих в статье «Типичные миллиардеры»).

Другие типы. Шкала социальной адаптивности.


По сочетанию признаков: решительность / рассудительность, аристократизм / демократизм, логика / этика, уступчивость / упрямость любому соционическому типу можно присвоить показатель социальной мобильности. У Джека он равен 4, у Гексли — 0, это полюса. У четырех типов показатель равен 3/1. Они отличаются на один признак от Джека: Дон Кихот — рассудительностью, Жуков — аристократизмом, Драйзер — этикой, Бальзак — упрямостью. При всей непохожести этих типов по другим параметрам, об их адаптивности и умении быстро менять обстановку известно немало. Часто встречаются и хорошо делают карьеру ИЛЭ-трудоголики, которые работают, казалось бы, в «решительном» ритме. Пример генерального директора и недавнего тренера «Спартака» Валерия Карпина налицо: он три года совмещал обе должности и добился неплохих результатов при огромном прессинге и жесткой критике прессы. Его преемник на месте тренера Унаи Эмери — тоже Дон Кихот с репутацией трудоголика: оставил семью в Испании и работает «вахтовым методом», обитая на базе в Тарасовке (вот где пригодилась рассудительность — защищает от московских пробок). Знакомы автору и ИЛЭ с хорошей карьерой IT-руководители, работающие с еженедельными перелетами по городам России, и психологи-тренеры, проводящие вебинары в огромном количестве, базируясь в Испании и Италии.

Совсем непохожи на Донов Драйзеры — казалось бы, «законченные консерваторы», но автору известны и люди этого типа, легко и удачно менявшие обстановку и профессию, иногда тоже с опытом перелетов по России.

На другом полюсе, помимо ИЭЭ, четыре типа с показателем социальной адаптивности 1/3 — это ЭИЭ (отличается решительностью), ЭСЭ (демократизмом), СЛИ (логикой) и ЭИИ (уступчивостью). Эти типы отличаются повышенной социальной ригидностью. Отдельно отметим Гамлетов — мне хорошо известно их умение жестко пробиваться, преодоловеть трудности и делать карьеру и жить в напряженном ритме. Решительность делает свое дело, но в целом Гамлеты весьма требовательны по части нового рода занятий и окружения. Одни пробиваются, другие застревают на неудобном месте работы (а то и вне его), имея недюжинные задатки. Такое впечатление от многочисленных Гамлетов — моих знакомых и клиентов, которых среди людей этого типа тоже немало. А вот требовательность Достоевского проявляется в другом: за почти 7 лет моей практики к моим услугам обратился всего один (!) представитель этого типа.

Наконец, 6 типов имеют средний показатель социальной мобильности 2/2 — это СЭИ, ЛИИ, ЛСИ, ИЭИ, СЭЭ и ЛСЭ. Что-то мешает, что-то подталкивает.

Для перемен «здесь и сейчас» — другие принципы.


Все 16 типов по показателям социальной адаптивности можно расположить в варианте «периодической системы социона», дополнительно проранжировав 6 «центровых» типов (как это сделал Виктор Саенко в работе «Почему Россия не может жить без перемен», взяв за основу четыре других признака). Речь здесь тоже идет об адаптивности, но, по сути, к внешним раздражителям как таковым, а не к смене обстановки в современном мире, которая является нашей темой.

Максимальная адаптивность к переменам при сочетании признаков интуиция, динамика, иррациональность и результат — эти полюса образуют ИЭИ и ЛСИ, типы со средней адаптивностью по нашей шкале. Высокой адаптивностью к переменам «здесь и сейчас» также обладают ИЭЭ, ЛИЭ, СЛИ и ИЛИ; низкой — ЭСИ, ЭИИ, ЛСЭ и СЭЭ. У остальных типов она средняя. Отметим, что по шкале Саенко и ЛИЭ, и ИЭЭ имеют одинаково неплохие показатели — 3/1. Отмечу, что в его работе эти 4 признака рассматриваются автором как основа для схемы продвижения нового учения (от марксизма и большевизма до соционики). С таким подходом трудно согласиться, учитывая совершенно иные критерии социальной мобильности в отрыве от социально-политического контекста — для оценки адаптивности типов к переменам здесь и сейчас.

Наконец, в новой книге Владимира Миронова «Признаки Рейнина. Малые группы. Т.1. Признаки Рейнина» предложена концепция лабильности и ригидности — у каждого признака Рейнина выявлен лабильный и ригидный полюс. Критерии — индивидуальные качества людей в отрыве от социальной задачи; способность носителей полюса признака быстро перерабатывать массу информации (лабильность), либо медленно обрабатывать ограниченный объем информации с результатом более высокого качества (ригидность).

По шкале Миронова, все 16 типов имеют показатель лабильности и ригидности либо 9 лабильных признаков на 6 ригидных, либо 5 ригидных на 10 лабильных. Если гипотеза верна, понятнее становятся старые мифы о жесткости второй квадры. Все три ее квадральных признака — решительность, субъективизм и аристократизм — ригидные, а из ее ТИМов только ИЭИ имеет 9 лабильных полюсов, остальные — по 5. В остальных квадрах — наоборот, все типы, кроме интуитов-интровертов, имеют 9 лабильных полюсов и 6 ригидных.

Из полюсов признаков, отобранных нами в критерии социальной мобильности, два — лабильных (уступчивость и демократизм) и два ригидных (решительность и логика). Отметим: показатели ИЭЭ и ЛИЭ по этой шкале тоже одинаковы: 9/6. Это говорит о том, что стоит различать ригидность и адаптивность в произвольном окружении и в рамках отдельной задачи.

По сочетанию всех трех показателей — признаков важных для смены обстановки, для адаптации и по общей шкале лабильность — ригидность самыми консервативными типами оказываются ЭИИ, ЛСИ и, отчасти, ЭИЭ (все — аристократы-процессоры). А вот типичные проблемы ЭСИ и СЛЭ противоположны проблемам ИЭЭ и СЛИ: Жуковым и Драйзерам легко менять обстановку, но сложнее адаптироваться к ней.

В современной соционике всегда одно компенсирует другое. Если у двух типов — конфликтные отношения по старой шкале — это означает лишь полное несовпадение в проекции на базис Юнга и максимальное сходство неюнговских признаков у этих типов. Конфликтность таких отношений сильно преувеличена. Подобная ситуация — и у Гексли с Джеком. У ИЭЭ — хорошие показатели адаптивности в текущей ситуации, но максимально ригидные — при смене социальной обстановки, когда речь идет о новой работе, новом месте жительства, новом партнере в личной жизни. То есть, попав на новое место, Гексли легко адаптируется к его условиям. А вот в ситуации, когда выбор еще не сделан, готовность решиться и пойти на перемены у ИЭЭ минимальная во всем соционе. Один веский аргумент против — и ИЭЭ откажется от перемен, какие бы блага ему ни сулили. Возможная цена — долгие поиски работы, работа в неудобном месте, давно потерявшая привлекательность. Для интуита — эмотивиста — результатера последнее особенно важно; ИЭЭ и ЛИЭ и здесь в одной подгруппе малой группы No34, очень важной для понимания отношения человека к своему рабочему месту. Но именно здесь заметна разница: когда старая работа, семья или отношения в целом исчерпали себя, Джек не будет медлить со сменой обстановки, а Гексли ощутит целый ряд барьеров и с трудом решится их преодолеть.

Нужны перемены. Что делать?


Мы живем здесь и сейчас. С соционикой знакомы достаточно много людей (70000 запросов в Яндексе в день говорят за себя), но ничтожно малый процент из них — люди с реальными, современными представлениями. Очень немного людей со знанием дела разбирается в своем типе (по оценкам коллег — примерно 20000 человек). Совсем мало — не более 10000 человек — прошли обучение, как правило, по стандартам соционики старой школы, преувеличавающей значимость модели А, дуальности и квадр, но недооценивающей признаки Рейнина как самостоятельную и близкую к реальности модель, как цельную систему.

Что это означает? В первую очередь то, что не стоит ждать внимания к особенностям соционических типов от значимых для вас людей. Вопрос смены обстановки и преодоления сопутствующих барьеров и трудностей целиком ложится на плечи человека, который идет на перемены. Если он безошибочно определил свой тип и знает его особенности, он предупрежден и вооружен. Но принимать решение, прорабатывать барьеры, преодолевать их и он должен сам.

Люди, которые пробились наверх, почти без исключения сделали это без всякого понятия о соционике и типах личности и по этой причине склонны считать особенности типов несущественными. Ведь чем больших успехов добился человек, тем меньше его готовность к нововведениям; проще поддерживать рабочие процессы, как они идут. На эту тему советую почитать статью Александры Кочетковой «Гиблое дело» в «Бизнес журнале», No6, 2012 г.

Это особенно сказывается, когда нуждающийся в переменах человек, хорошо понимающий соционику, идет на тренинг, консультацию или коучинг к эксперту, не знакомому с соционикой, но успешному в своем деле и в жизни. Что тут делать, чтобы обучение дало плоды — забыть соционику, пытаться объяснить ее важность наставнику или не пытаться, но учитывать особенности типов с обеих сторон и вносить для себя необходимую поправку? Третий подход — наиболее конструктивный. Хотя при этом достаточно рано встает вопрос независимости клиента от наставника, само обретение этой независимости — нормальный итог.

Плохо как раз обратное: когда человек привязывается к своему наставнику на лишние годы и боится делать самостоятельные шаги. Готовность соционических типов к таковым мы как раз и обсуждаем.

Рекомендации


1. Вы готовите смену обстановки и хотите знать, насколько тяжелым окажется решающий шаг и адаптация к новым условиям? Первый и самый важный шаг — вам предстоит безошибочно определить свой тип и освоить его пространство. Вот зачем стоит изучить на своей шкуре все 15 признаков и многие малые группы (чем мы и занимаемся на тренинге «Соционика 2.0»). Это нужно не отдельным энтузиастам, которые хотят научиться типировать без ошибок (хотя и таких крайне мало, и нужно больше). А для того, чтобы изменить себя — и не упереться в стену. Вот когда вы знаете особенности своего типа и всех остальных — тут можно делать то, что не делал почти никто.

2. Когда вы хорошо разобрались в своем типе и освоили его, можно попробовать выйти за рамки своего типа. Пробовать стоит аккуратно. Скажем, если вы — Гексли, а вам нравится, как в проблемных для вас ситуациях поступают Джеки, вы можете захотеть однажды поступить как они. И, если дело касается резкой смены обстановки, будьте готовы к тому, что упретесь в барьер, который люди другого типа практически не ощущают.

3. Означает ли это, что лучше вообще не пробовать? Пробовать стоит, но не стоит примерять все чужие признаки сразу. Лучше по одному, по два. Скажем, если вы — рассудительный, и хотите ускорить жизнь и пожить в «решительном» ритме, такая задача более оправдана, здесь шансы на успех выше. Истории успешного трудоголизма среди ИЛЭ говорят за себя.

4. Наконец, перед тем, как пробовать моделировать, лучше примерьте, человек какого типа произвел на вас впечатление. Оцените, о какой ситуации идет речь. О смене окружения — или о реакции на раздражители здесь и сейчас. Помните, что для каждого из этих случаев критичен свой набор признаков. Принципы, по которым типы людей отличаются друг от друга, вам теперь известны.

Литература

  1. В. Миронов «Признаки Рейнина. Малые группы. Т. 1. Признаки Рейнина». СПб, 2012.
  2. В. Саенко «Почему Россия не может жить без перемен»
  3. В. Львов «Типичные миллиардеры», 2008
  4. А. Кочеткова «Гиблое дело». «Бизнес журнал», №6, 2012.
  5. С. Шамуратова «Бог, Дух и Инфобизнес или как продавать духовность?». Доклад на конференции «Тренер на Миллион», октябрь 2012 г.


© Владимир Львов, 2012



Ваш комментарий:


Имя: (по-русски) 

Email: (не показывается) 

 Текст: (60-1200 знаков; HTML фильтруется ) 

  








Поиск
  





Рейтинг@Mail.ru
Яндекс.Метрика

 




Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика